Звоните бесплатно 0 800 752 750 8:00-22:00 Пн-Вс
Подбор и заказ кредитных карт и кредитов в украинских банках

Отправьте заявку и получите решение за полминуты. Помощь при подборе и заказе, бесплатная консультация. Сайт не осуществляет выдачу кредитов, оформление кредитных карт, вкладов, а предоставляет возможность мгновенно сделать заявку, выдачей карт и кредитов занимаются исключительно банки, в которые вы отправите заявки.

Глава Конкорд Банка: С НБУ можно договориться

Глава Конкорд Банка: С НБУ можно договориться

Фото Наши Банки

Председатель правления Конкорд Банка Валентин Меняйло – один из пионеров украинского банковского дела. С 1985 по 1990 год ему довелось поработать в Стройбанке, а в 1992-ом он приступил к работе в первом коммерческом банке независимой Украины – Укринбанке.

Сегодня же господин Меняйло стоит у руля небольшого, но амбициозного днепропетровского банка Конкорд, главный офис которого ранее принадлежал лопнувшему Брокбизнесбанку.

Банк Конкорд с момента своего основания (в 2006 году) пережил два кризиса, успешно избежал банкопада, а в прошлом году задолго до дедлайна выполнил условие НБУ – докапитализировал уставной капитал до 200 миллионов гривен, хоть и пришлось пойти на определенные жертвы.

В рабочем кабинете главы банка абсолютный порядок: все документы аккуратно сложены, на столе – новый проект от MasterCard, на стенке перед входом – пустой гвоздик (на таких обычно вешали портрет главы государства), а с обратной стороны, на шкафу – впечатляющих размеров деревянная сова, стоящая на открытой книге.

После интервью господин Меняйло обратил наше внимание на стол своей секретарши. На нем лежали печенья необычной формы, какие в магазине вряд ли встретишь. Как оказалось, есть у банка корпоративная традиция: каждую неделю один из сотрудников по своему усмотрению печет вкусности, а затем делится ими с коллегами.

– У вас удивительная карьера, ведь по образованию вы преподаватель математики. Скажите, как преподаватель математики может стать председателем правления банка?

– Я вот эти свои знания мехматовские использовал: пошел работать на экономический факультет и там же я постигал экономику, которая мне понравилась, и я ушел в это направление. Эти знания математики очень пригодились, потому что они позволяют глубже анализировать экономические процессы.

У экономистов математика дается неглубоко. Те два года математики, которые в ВУЗах преподают, их недостаточно, чтобы проводить какие-то серьезные экономические исследования, используя тот же многофакторный анализ, который позволяет анализировать многие вещи. Студенты этого не знают.

Те, кто заканчивал мехмат, зная математические методы, они пошли в разные отрасли, позащищали кандидатские. Например, была интересная работа такая в Институте черной металлургии, где выпускник мехмата рассматривал прокатку как течение вязкой жидкости, которая описывается дифференциальными уравнениями второго порядка.

 – В конце 80-ых вы стояли у истоков зарождения украинского банковского сектора. Как банки изменились с того времени?

– Банки поменялись очень серьезно. Во-первых, пришли люди, которые были далеки от тех банковских традиций. Есть определенные правила работы банковской системы. Они общие и в экономике.

В свое время в Стройбанке был у нас случай такой, когда пришел клиент, которому нужен был кредит срочно большой. И он предложил сам взять этот кредит под 11% годовых. Ему выдали этот кредит. Но потом у нас было собрание, приехал к нам сюда в область (Днепропетровскую. – «НБ») руководитель Стройбанка и дал большой «разнос» руководителю, который выдал под 11% этот кредит. В вину ставилось то, что этот руководитель не понимает вообще экономики и всего, что происходит в государстве, и он накручивает инфляцию. То есть нельзя выдавать под большой процент кредит, потому что это накрутка инфляции. Кредит надо было выдать под 5%.

Потом в 1992 году началось вот это бурное развитие. Хотя у нас первый коммерческий банк в 1989 году был зарегистрирован еще в Советском Союзе в Украине – это Укринбанк. Но бурное открытие украинских коммерческих банков началось с 1992 года, а специалистов-то банковских не было в достаточном количестве. И даже не было требований вот таких как сейчас: руководитель банка должен иметь экономическое образование или юридическое, стаж работы. Главное, чтобы у человека было высшее образование. И, конечно, в банк пришли люди с высшим образованием, которые понимали работу банковской системы по-своему.

Например, когда я где-то в 1995 году услышал, что один из банков преподносит новую услугу в виде расчета аккредитивами, мне было просто смешно. Потому что это традиционная операция – мы в Стройбанке осуществляли работу аккредитивами всю жизнь.

«Я бизнес грамотности не научу»

– После определенного периода работы в банковском секторе, вы ушли в бизнес. Почему приняли такое решение тогда?

– Было тяжелое время в 1998 году – банковский кризис. Я участвовал в выводе банка из этой кризисной ситуации, и те меры, которые предлагались для вывода, они предусматривали снижение заработной платы, ограничение каких-то льгот и так далее. И когда где-то через год банк вышел на нормальную работу, председатель правления предложил поднять мне заработную плату, поскольку я непосредственно принимал участие – стратегию разрабатывал и порядок работы организовывал. Я отказался, потому что есть коллектив 150 человек, и когда мы принимаем какое-то решение, что банк от чего-то отказывается, это решение принимается для всех. И я не имел морального права для себя, даже если там был определённый мой вклад, взять эти льготы в то время, когда банк не мог позволить все это вернуть и по зарплате, и по льготам всему коллективу.

Поэтому я решил, что лучше я уйду в бизнес, я буду зарабатывать там больше денег, а коллектив там продолжал нормально работать.

Работая в бизнесе, я столкнулся с тем, что уровень квалификации и понимания всего – как бухгалтерии, так и экономистов – в бизнесе настолько низкий! Мне там просто неинтересно было. Я бизнес грамотности не научу, а то, что я знаю, я больше смогу использовать в банке. И я опять вернулся в банк, мне там нравится. Я понимаю, как работает банковская система.

 – В вашей карьере такого рода возвращения получались не раз. С 2009 по 2014 год вы уже работали на должности главы правления банка «Конкорд», затем ушли. Однако весной этого года вы вернулись на ту же должность. Почему так получилось?

– 3 года назад я вышел на пенсию. И я так посчитал, что подрастает молодое поколение, есть умные знающие специалисты, у них больше энергии, они более мобильные и так далее. Надо уступить (улыбается. – «НБ»), давать дорогу молодым.

В результате прошло чуть больше двух лет, акционеры предложили мне опять вернуться.

Глава Конкорд Банка Валентин Меняйло Интервью

Фото Наши Банки

Планы банка сорвало повышение уставного капитала

– После вас должность главы правления Конкорд Банка заняла Алла Комисаренко, на которой пробыла около одного года. Что по-вашему было не так в её работе?

– Все было так. Почему не так?

Дело в том, что она просто живет же в Киеве, а на работу надо было ездить в Днепропетровск. У банка были определенные планы ­– открыть центральный офис в Киеве. Но в связи с тем, что сложилась такая ситуация, что банки вынуждены были увеличивать уставник, то есть вкладывать деньги в капитал, затраты на открытие офиса в Киеве отошли на второй план.

А человеку ездить туда-сюда на работу… Но год она отъездила стойко так на работу в Днепропетровск. Просто не выдержала такого режима работы. А как к специалисту – к ней претензий не было. Наоборот, она принесла много нового хорошего в банк.

 – А сейчас есть перспектива создания главного офиса в Киеве?

Пока то отделение, которое у нас в Киеве есть, оно с тем объемом задач, которые у нас есть по Киеву, справляется. Хотя, конечно, имея офис в Киеве, было бы больше возможностей.

– Каких, например?

– В Киев съезжаются очень много бизнесменов, в Киеве проводятся различные форумы по различным направлениям по отраслям. Мы, конечно, тоже стараемся участвовать там, но из Днепропетровска не наездишься. А когда мы там на месте, то можно и там, и там, и там, и держать всю эту ситуацию под контролем, участвовать, потому что у нас есть, что предложить. Если брать малые и средние банки, мы единственный банк, который имеет свой процессинговый центр. Мы на сегодня стали принципалами платёжных систем MasterCard и VISA. У нас развиваются сервисы, которые требуют клиенты. Мы постоянно движемся вперед.

Раньше мы ориентировались, конечно, на Приват. И сейчас, в общем-то, он для нас ориентиром является. Потому что первое, когда клиент приходит, он говорит «вот у меня в Привате было вот то-то, то-то, то-то, вы это можете?» Если мы этого не можем, значит уже тяжело разговаривать. Поэтому для начала мы решили тот сервис, который у нас есть сделать в объеме, не меньшем, чем в Привате.

Плюс на сегодня совершенствуются технические возможности гаджетов: айфоны, смартфоны. Есть потребность у людей не носить пачку карточек, а, имея айфон или смартфон, просто подойти рассчитаться в магазине, рассчитаться на заправке.

Мы это все должны уметь, и на сегодня наш процессинговый центр уже делает. Единственное что, все это нужно довести до банковских продуктов, довести до клиента, и чтобы это все работало.

Те наработки Привата – они для нас и есть ориентиром. Но также мы интересуемся, что происходит в мире: в Европе, в Штатах. Ориентируемся на спрос, на потребности клиентов и в Европе, поскольку мы в Европу уходим.

 – Читатели портала «Наши Банки» часто интересуются, в каком случае для них выгоднее брать карточку, ведь там есть кредитный лимит, и можно пользоваться деньгами банка, а когда выгоднее брать кредит?

– Клиент сам должен решать, зачем он берет деньги, для какой цели, на какой срок и так далее. Если ему деньги кредитные нужны постоянно периодически, удобнее пользоваться карточкой. Потому что пришел, скажем, в банк, в течение часа оформил эту карточку. У нас может быть карточка именная или неименная. Погасил кредит, лимит на карточке установлен, в следующий раз, когда ему деньги понадобились, он уже в банк не идет он снимает эти деньги и все.

Если нужны деньги, допустим, для какой-то оплаты наличкой разово, то, конечно, лучше взять деньги «кредит наличкой», пойти раз рассчитаться и дальше выплачивать проценты, гасить кредит.

 – Под какие нужды дает деньги ваш банк?

– На потребительские нужды. А потребительские нужды – это может быть все, что угодно. Это как плата за обучение, так и оплата отдыха, какой-то путевки, ремонт квартиры, покупка мебели, покупка автомобиля, покупка жилья. Все, что надо людям в жизни. Не всегда ж получается заработать денег, а хочется на каком-то уровне жить.

Вот даже тот же телефон. Считается, что обязательно должен быть смартфон или айфон. Если у тебя там просто Нокия какая-то, то ты уже как бы не вписываешься в компанию или в ту тусовку, где ты общаешься. Те же студенты – они все с айфонами. Если кто-то не имеет этот айфон, ему уже тяжелее общаться, не воспринимается на равных. Это чисто для того, чтобы статус свой поднять и на равных держаться в этом коллективе. Приходят, берут кредит, покупают.

 – А насколько банки выдают кредиты на лечение?

– Мы выдаем на лечение. Мы выдаем кредиты на лечение – раз. Второе, у нас акционеры банка (Елена Соседка и её сестра Юлия Соседка. – «НБ») они же учредили биржу благотворительную «Добродій». В основном, биржа помогает деткам больным раком крови. Всем помочь нельзя, потому что помощи требуют очень многие. Наши акционеры определились, что нужно взять одно направление и это направление вести, тогда можно более продуктивно, более качественно оказывать в этом помощь.

Поэтому очень много случаев у нас, когда одно дело – кредит, а другое дело – обращаются прямо на биржу. У нас на Космической есть отделение, у нас есть Детская больница №3 – постоянно туда оказывается помощь: покупается туда какое-то оборудование, лекарства детям. Все работники банка добровольно (то есть было предложено «желаете помогать – можете помочь») написали заявление. Ежемесячно мы перечисляем на биржу определенную сумму – кто сколько: кто-то 100 гривен, кто-то 200 гривен, кто-то 1000 гривен и т.д.

«Все стороны пришли к тому, что надо остановится на 200 млн»

– Вы упоминали касательно требований НБУ об увеличении уставного капитала: в этом году – до 200 млн, в следующем – до 300 млн гривен. Как вы оцениваете это решение? И были ли трудности с докапитализацией в вашем банке?

– Конечно, в связи с увеличением уставного капитала пришлось отказать от некоторых планов вложения куда-то в развитие банка. Дело в том, что все равно это необходимо. Но, учитывая ту ситуацию, которая на сегодня, очень тяжело зарабатывать деньги и бизнесу. Поэтому дальнейшее увеличение уставного фонда – оно будет очень трудное для банков.

На сегодня это понимают и в Национальном банке и понимает Комитет по банкам и финансам. Мы эти вопросы обсуждаем в НАБУ – нашей «Незалежній асоціації банків України». Были встречи совместные с Нацбанком, и с комитетом, и с НАБУ – Финансовый клуб, где все стороны пришли к тому, что надо остановится на 200 млн. То есть на сегодня разработан проект изменений в 31 статью закона «О банках», по которой те банки, которые были зарегистрированы до 11 июля 2017 года – у них уставной капитал 200 млн, а для вновь создаваемых банков – там требования 500 млн. Чтобы те банки, которые остались на 11 июля, чтобы они могли спокойно работать, спокойно развиваться.

– То есть для существующих банков уже на следующий год эта норма будет меняться?

– Мы надеемся, что изменится. Потому что есть такой проект, который поддерживается комитетом Верховной Рады и НАБУ. На сегодня есть ответ от Национального банка, в котором говорится о том, что руководство Национального банка готово обсуждать вот эти вопросы. То есть, они не против. Они готовы к разговору, они готовы к обсуждению вот этого вопроса по размеру уставного капитала.

– Госпожа Рожкова этим вопросом занималась?

– Да. Вот именно Рожкова подписала письмо, в котором говорит о том, что она готова обсуждать эти вопросы.

– А если в этом году не будут реализованы ваши ожидания, готовы ли вы, как и в прошлом году, докапитализироваться задолго до дедлайна?

– Мы постепенно это делали. Был график, и мы знали, что надо 200 млн, мы от них никуда не уйдем.

В дальнейшем это тоже возможно, но очень тяжело. Мы вынуждены будем вообще прекратить инвестиции. Таким образом, мы потеряем конкурентоспособность. Это не на пользу пойдет, ни нам, ни нашим клиентам, ни стране. Тупо увеличивать уставник смысла нет.

«Чтобы нас нормально воспринимали в Европе, в мире, мы должны работать по тем же правилам, по которым работают банки во всем мире»

Глава Конкорд Банка Валентин Меняйло Интервью

Фото Наши Банки

– Еще одно требование НБУ ­– это переход на новую финотчетность МСФО 9. На каком этапе перехода находится Конкорд Банк?

– Переход планируется в следующем году. Я бы хотел, чтобы вы правильно понимали, 89-ая постанова Национального банка, которая меняет план счетов – это не переход на 9-ый стандарт. Это просто изменение учета в соответствии с требованиями времени.

Мы же интегрируемся в мировую финансовую систему, мы должны выполнять требования Базельского комитета. Есть Базельский комитет, который регулирует работу банковской системы во всем мире. Так вот 3-ий «Базель» есть (последний), который прописал определенные требования, которые касаются и рисков, и открытости, и достаточности капитала(ликвидности). Вот эти три момента основные в «Базеле» и прописаны. Мы, выполняя требования этого «Базеля», постепенно приводим работу банковской системы к этим требованиям мировой финансовой системы. Чтобы нас нормально воспринимали в Европе, в мире, мы должны работать по тем же правилам, по которым работают банки во всем мире.

Поэтому у нас была для начала утверждена Национальным банком Постанова 351 – это организация работы чисто по «базелю». И на сегодня вот этот план счетов, который вводится по концу дня 24-го (декабря. – «НБ»), потом надо будет перебросить остатки в соответствии с новыми счетами, это продолжение выполнения вот этих требований «Базеля». А 9-ый стандарт (который будет работать взамен 39-го, который сейчас работает) будет показывать реальную картину, что происходит, какие клиенты и как обслуживаются в банке.

Но банки заканчивают этот год по-старому. Не будут ни резервы пересчитываться, не будут меняться какие-то нормативы. Отчет по 2017 году банк будет делать в следующем году еще по-старому. А вот уже с 1-го января необходимо будет заново все пересчитывать – риски, резервы – и вести учет по-новому.

Это у меня уже 3-ий переход на новый план счетов (улыбается. – «НБ»). Конечно, последнее время Национальный банк стал прислушиваться к банкам.

Может быть, вот этот момент перехода не с 1 января, а с 25-го – это излишняя лояльность Национального банка, который пошел на поводу у некоторых банков и увеличил срок перехода. Хотя вот этот переход с 25-го декабря, а не с 1-го января создаст некоторые сложности. Лучше бы переходить с 1-го января. Мы в свое время переходили в 87-ом году на план счетов из Стройбанка на госбанковский и все это делали с 1-го января. Потом в 98-ом году, когда мы переходили с того старого плана счетов на тот, который сейчас – это тоже делалось с 1-го января. Очень удобно отсчитывать с 1-го января.

– Говоря простым языком, Национальный банк рассчитывает, что кто-то будет опаздывать?

– Может быть (улыбается. – «НБ»). Хотя здесь невозможно опаздывать. Но, учитывая, что уровень специалистов разный, объем работы разный, банки по размерам разные и по количеству операций тоже отличаются, это ж человеческий фактор – можно где-то что-то недоглядеть. Поэтому Национальный банк принял решение, что даже первое время не будут наказывать за ошибки.

На сегодня банковская система работает одной командой с Национальным банком. Мы делаем общее дело. И то, как это делается, мне нравится.

«Все, что происходит в банковской системе, если подходить с желанием решить вопрос, оно решается»

Председатель правления банка "Конкорд" Валентин Меняйло

Фото Наши Банки

– Как вы оцениваете работу регулятора за время управления госпожи Гонтаревой?

– За время её руководства Национальным банком была проделана огромнейшая работа. И тот костяк специалистов, который там есть, это её заслуга, это она взяла этих специалистов. Это она ставила задачи, это она выстраивала работу Национального банка. Вот этот внешний антураж, который создают очень часто журналисты, политики – это не имеет отношения к работе Национального банка и к тому, что происходит, к тому, какие изменения, какие реформы проделала Гонтарева. То есть, вот то, что она сделала за вот эти 3 года – это огромнейший труд.

– А были моменты, с которыми не совсем согласны?

– Все, что происходит в банковской системе, если подходить с желанием решить вопрос, оно решается. Если мы обращаемся в Национальный банк с каким-то вопросом, что вот так вот это будет лучше – вплоть до того, что меняется «постанова».

«Почему в Ощадбанке 100% гарантирует государство, а в коммерческом банке только 200 тысяч?»

Председатель правления банка "Конкорд" Валентин Меняйло интервью

Фото Наши Банки

– Сейчас довольно-таки ответственный момент, в первую очередь, для президента. Кроме того, МВФ также ждет решения. При этом уже более, чем 5 месяцев госпожа Гонтарева в отпуске, и нет главы Нацбанка. Как вы это оцениваете?

– Вот есть много книжек. Тот же Кийосаки. Он говорит, что, когда у тебя есть бизнес, когда ты можешь оставить этот бизнес на месяц, на три, на полгода, а он продолжает работать, тогда у тебя есть бизнес. Если ты не можешь на месяц оставить, у тебя бизнеса нет.

Может не совсем удачное сравнение, но, если в отсутствие руководителя Национального банка Национальный банк продолжает работать, это значит, что там выстроена нормальная структура, подобраны нормальные кадры и организм работы.

Ну хорошо, ну нет руководителя. Но механизм выстроен и он работает. Есть кадры, есть специалисты, работа не останавливается – она движется. Вот смотрите: тот же переход на 9-ый стандарт.

– В СМИ проходила такая информация, якобы у президента есть две кандидатуры на пост главы Нацбанка: господин Лавренчук и господин Смолий. Как вы оцениваете эти кандидатуры? Возможно, у вас есть мнение, касательно других кандидатур, которые могли бы быть руководителями Национального банка?

– Я считаю, что кандидатура Якова Смолия наиболее удачная. Я даже затрудняюсь альтернативу ему найти. Это же государственный банк – там должны быть люди, имеющие опыт работы в государственном секторе, думающие о работе государства. И брать туда из коммерции людей неправильно – разная психология.

– Какую политику он должен проводить? Мы видели при руководстве госпожи Гонтаревой период банкопада. Как вы считаете продолжится ли он?

– Уже ж все сделано. Уже падать больше некуда. Уже только надо вверх идти.

Смотрите, 200 млн – это тот уровень уставника, который соответствует европейским нормам тоже. Там для банков 5 млн евро. Даже по сегодняшнему курсу это все равно меньше, чем 200 млн грн. Поэтому 200 млн – это нормально, можно останавливаться и работать.

Единственное условие — это выполнение положений Базельского комитета. А переход на 9-ый стандарт заставит по-другому рассчитывать капитал, по-другому – резервы. И банк, для того, чтобы выполнять эти требования по ликвидности, по достаточности капитала, может так случится, что он вынужден будет докапитализироваться. Не по давлению сверху, не по требования Нацбанка или Верховной Рады.

Это нормальный подход к работе, это не жестко сверху задавили и сказали: «Работают только, у кого 500 миллионов».

Когда сказали, что увеличение уставника – это требование Международного валютного фонда, то, скорее всего, те, кто ездил на переговоры – они были малограмотные: они не понимали разницу между достаточностью капитала и размером уставного или регулятивного капитала.

Достаточность капитала – это расчетная величина, которая на сегодня по требования Национального банка должна быть не менее 10% (кстати, у нас 50% и больше достаточность при нашем уставнике в 200 млн). А у банка может быть 3 миллиарда уставной капитал, но достаточность капитала 8% или 5% – и он будет более рисковый.

Это нужно понимать, это нужно чувствовать. Дело не в размере уставника. Для того, чтобы банк нормально работал и выполнял вот эти требования «Базеля», ему не надо вот эти 500 миллионов уставного капитала. Ему нужно соблюдать вот эти соотношения, нормативы, и он будет работать.

Инновации в основном идут от малых банков. Об этом говорит история развития банковской системы в мире. Единственное первое такое исключение в мировой практике – это был Приватбанк. Крупный банк, который занимался инновациями. А так более 100 лет назад прекратились инновации, когда начали закрывать эти мелкие банки в Германии, в Англии.

– Сегодня более половины банковской системы оказалось в руках государства. Как вы считаете, насколько государство эффективный менеджер?

– Неэффективный менеджер. Хотя есть специалисты, которые понимают. Но вот то состояние политики, экономики, расстановки кадров в стране – оно не позволяет эффективно управлять вот этой государственной банковской системой. Оно заставляет идти на какие-то сделки, какие-то операции, которые не способствуют развитию страны, не способствуют улучшению экономической ситуации.

Ну что такое до 60% (банковской системы в госсобственности. – «НБ»)? А где конкуренция?

А гарантирование вкладов населения. Почему в Ощадбанке 100% гарантирует государство, а в коммерческом банке только 200 тысяч? А за счет чего оно это делает? За счет моих налогов и ваших? Откуда у государства деньги? Должны ж быть какие-то равные условия, если мы хотим нормально двигаться.

Государственный банк может иметь какие-то преференции: какие-то государственные программы, развитие каких отраслей, стартапы. Ему достаточно будет тогда эти 3-5% для того, чтобы он мог содержать себя и нормально обеспечивать задачи государства. А когда государственный банк опять-таки занимается коммерческой деятельностью и говорит «мы будем финансировать то-то, то-то, то-то» и начинает конкурировать с отечественными коммерческими банками… а где ж программа? К чему мы идем?

Должна быть расписана роль коммерческих банков и роль государственных банков. Пока на сегодня этого нет. Должны быть понятные правила. Мы должны понимать, как мы работаем, к чему мы стремимся и зачем мы это делаем.

«Государственные банки надо продавать нашим инвесторам – украинцам»

Председатель правления банка "Конкорд" Валентин Меняйло интервью

Фото Наши Банки

– А что тогда делать с госбанками? Если продавать, то кому и когда?

– Если рассматривать широко этот вопрос, то государственные банки надо продавать нашим инвесторам – украинцам, чтобы не заходил большой зарубежный капитал.

Есть пример, Японии, которая просто на законодательном уровне не пускала крупный инвестиционный капитал в свою страну, чтобы он не захватил какие-то отрасли. И это правильно. На сегодня Япония самодостаточна.

Если зайдет зарубежный инвестор на такой объем банков, а банки – это обслуживание экономики страны, если 60% страны будет обслуживаться из-за рубежа, то тогда влияние ни президента, ни парламента, правительства – оно не будет иметь значение. Диктовать условия будут те, кто будет иметь вот эти 60% банковской системы.

Поэтому продавать зарубежным инвесторам я бы не стал.

– Как вы считаете, может ли произойти такое, что появится такой инвестор, который через несколько лет купит Приватбанк и снова сосредоточит там неработающие кредиты?

– Для того, чтобы этого не было, устанавливаются правила. Есть банковский надзор, который все эти вещи видит и отслеживает, и по новым стандартам это будет проще делать. Тогда это не будет допущено. Такого уже не будет.

«Когда бизнесмены заигрываются и создают угрозу государству, надо принимать политические решения»

Председатель правления банка "Конкорд" Валентин Меняйло интервью

Фото Наши Банки

– Как вы оцениваете национализацию Приватбанка?

– Я думаю, что это было скорее политическое решение.

Когда бизнесмены заигрываются и создают угрозу государству, надо принимать политические решения. На тот момент это было правильное решение.

С точки зрения экономической – очень много спорных моментов.

– А кто, по-вашему, виноват?

– Исполнение правил, по которым работаю банки, жёстче надо было контролировать банки. В том числе и для Привата. Раз оно уже шло таким образом, и эти правила воспринимались и в Национальном банке, и в Приватбанке, и все ж были с этим согласны. И вдруг раз – оказывается что-то не так.

Эти правила, их отношения – они все нормально воспринимались. Никто ж не возражал. Вот они так работали, они видели. И там сидел куратор с 2014 года, потому что было рефинансирование. Они все время под контролем работали, и всех устраивало.

Сейчас в той ситуации, которая создалась, нужно не думать, кто там был прав, кто виноват. В этой ситуации надо смотреть конструктивно, что нам делать дальше.

– Теперь по всему миру ищут нового главу Приватбанка. Кто, по-вашему, это должен быть?

– Должен быть человек, который может принимать решения и доказывать их правильность.

На сегодня что-то не сработало. Потому что тот председатель правления, который был, он ушел. Его, когда брали на работу, наверно, проговорили задачи. Потом что-то пошло нет. Там не все так просто.

Там нужен человек, который реально может понять ситуацию и принять решение, выработать стратегию для банка, его линию поведения со всеми структурами – и с Минфином, и с Нацбанком, и со всеми остальными.

Если бы не было влияния политического и не было давления какого-то, желания на этом что-то поиметь, то можно было бы спокойно работать.

«У банка должна быть альтернатива»

Валентин Меняйло Интервью Наши Банки

Фото Наши Банки

– Что значит создание кредитного реестра НБУ для банков, что значит для вкладчиков и что значит для бюро кредитных историй?

– Создание реестра – это хорошее дело. Оно будет дисциплинировать заемщика. Если он один раз попал туда как недобросовестный заемщик, о нем информация будет там хранится, и он уже нигде не возьмет (кредит. – «НБ»). Поэтому прежде, чем брать и не отдавать клиент будет думать, стоит ему это делать или нет.

Там же реестр будет не для всех кредитов. Решение пока не принято. Обсуждается, чтобы начать с 500 тысяч. До 500 тысяч никто не будет в реестр вносить. То есть, эти кредиты 10-20 тысяч гривен – это такое. Никто не будет этим заморачиваться. Речь идет о том, что может оказывать какое-то влияние на состояние банковской системы, экономики страны и так далее.

В принципе это хорошее дело, единственное что, если его не сделают сильно бизнесовым и не будут за это брать большие деньги с банков.

– А задевает ли интересы существующих бюро кредитных историй?

– Конечно. Это конкуренция определенная.

И для того же бюро кредитных историй и для нормативов по резервированию это все увяжется, и мы будем идти от 500 тысяч, а до 500 тысяч оно не будет влиять на резервирование, то тогда мы, конечно, можем выстраивать нормально работу. И тогда должна быть альтернатива у банка: или я работаю с этим бюро кредитных историй или я работаю с этим реестром, который там при Национальном банке или где там – который якобы государственный.

– Что вы считаете главным достижением в украинском банковском секторе за последние 3 года?

– Вот мы нормально вписываемся в мировую финансовую систему. И вот то, что у нас проходят эти изменения банковской системы, несмотря ни на что мы осваиваем новые направления деятельности. По некоторым направлениям, то, что касается расчетов через пластиковые карточки, некоторые вещи у нас работают даже лучше, чем за рубежом. У них нет таких сервисов, как у нас там с этими гаджетами, карточками.

Наверно, достижением является то, что мы не остановились в развитии. Все-таки мы движемся вперед, мы развиваемся. Вот это, наверное, основное.

– Какие задачи ставит перед собой банк на следующий год?

– Банк ставит перед собой задачу выйти на определенный уровень банковских услуг, равных которым не будет в Украине.

Беседовал: Сергей Палий

Кредитные карты

Кредитная карта «Максимум» от Альфа-Банка
Альфа-Банк
Обслуживание: Бесплатно
Макс. ставка: 39,99%
Лимит: 500 — 200 000 грн.
Льготный период: До 55 дней
Кредитная карта «Универсальная GOLD» — ПриватБанк
ПриватБанк
Обслуживание: 20 грн./мес.
Макс. ставка: 42%
Лимит: 2000 — 75 000 грн.
Льготный период: До 55 дней
Кредитная карта CARD BLANСHE WHITE — Идея Банк
Идея Банк
Обслуживание: Бесплатно
Макс. ставка: 48%
Лимит: 1000 - 50 000
Льготный период: До 92 дней

Кредиты наличными

Кредиты наличными — Идея Банк
Идея Банк
Cрок кредита: 12-60 мес.
Cумма кредита: 1000 — 120 000 грн.
Макс. годовая ставка: 15%
Кредит на авто — Идея Банк
Идея Банк
Cрок кредита: 12-60 мес.
Cумма кредита: 30 000 — 120 000 грн.
Макс. годовая ставка: 21,99%
Кредит наличными — ПУМБ
ПУМБ
Cрок кредита: 12-48 мес.
Cумма кредита: 1000 — 200 000 грн.
Макс. годовая ставка: 11-15%

Публикации


Последние отзывы